Дзен
МАКС
ВКонтактеРека шириной в шаг
Формальный адрес одной из главных рек страны — Новомосковск, улица Комсомольская, 6А, Детский парк. Здесь, среди деревьев и аллей, лежит большой камень-валун с надписью «Исток р. Дон», из-под которого сочится ручеёк. Рядом — скульптурная композиция «Шат и Дон»: две бронзовые фигуры обнажённых мальчиков верхом на конях. Старший держит в поднятой руке бронзовый диск — символ Солнца, и оба всадника, прикрывая лица от света, смотрят на него. От постамента лучами расходятся пешеходные дорожки, будто реки от общего истока.
Авторы памятника — скульптор Михаил Смирнов и архитектор Геральд Сыромятников. Бронзовые всадники появились в парке ещё около 1989 года, а весь обустроенный архитектурный комплекс торжественно открыли 8 сентября 2000-го — к 70-летию города; освятил его архимандрит Лавр, звучали казачьи песни и играл оркестр.
Дон — пятая по длине река Европы: 1870 километров, бассейн 422 тысячи квадратных километров. И начинается вся эта мощь буквально с ручья в городском парке, напротив торгового центра, среди детских аттракционов.
Легенда о Шате и Доне
Народное предание объясняло рождение рек по-семейному. У старика Ивана — Иван-озера — было два сына: старший Шат, сильный и своевольный, и младший Дон, потише и послабее, но послушный. Отец указал каждому его дорогу и велел слушаться. Шат отца не послушал, пошёл своим путём, «шатался» из стороны в сторону, заплутал и сгинул недалеко от дома — потерялся в чужой реке, так и оставшись в пределах Тульской земли. А Дон пошёл, куда велено: шёл прямо, набирал силу от притоков, прошёл всю Россию и дошёл до самого Азовского моря, став славной и судоходной рекой.
Эту легенду литературно закрепил самый знаменитый из туляков. Лев Толстой пересказал её короткой басней «Шат и Дон» и поместил в свою «Новую азбуку» (1875) — так локальный топонимический миф попал в книгу, по которой училась читать вся страна.
Шат Иваныч не послушался отца, не пошёл по показанной дороге, сбился с пути и пропал. А Дон Иваныч послушался отца, пошёл, куда отец показывал, и прошёл всю Россию и стал славен.Лев Толстой, «Шат и Дон», из «Новой азбуки», 1875
Что скрывается за красивым мифом
Удивительно, но легенда почти дословно описывает реальную гидрографию. Дон и вправду уходит на юг и впадает в Азовское море, а Шат — короткая, 51-километровая река — течёт в противоположную сторону, впадает в Упу под Тулой, а дальше через Оку и Волгу его вода попадает в Каспийское море. То есть братья расходятся не просто в разные стороны, а в разные океанские бассейны.
Иван-озеро было природным водоразделом двух морских бассейнов: Дон уносил воду на юг — в Азовское и Чёрное море, а Шат на север — через Упу, Оку и Волгу в Каспий. Легенда о двух братьях из одного озера — это поэтический пересказ реального гидрологического факта.
Расходятся и имена. «Дон» — древнее слово: от скифо-сарматского корня со значением «река, вода» (в осетинском, наследнике того языка, «дон» так и значит «река»); античные географы звали Дон Танаисом. А «Шат» легенда выводит из «шататься» — река и правда петляет; учёные же сближают название с древним корнем, обозначавшим слияние рек.
Пётр Первый и дорога в южные моря
Место, где из одного озера расходятся реки двух бассейнов, не могло не заинтересовать Петра Первого. В 1701 году царь задумал соединить Дон с Окой каналом через Иван-озеро — чтобы открыть сквозной водный путь из центра России на юг, к Азову и южным морям. Это была первая в стране попытка построить искусственный судоходный путь такого масштаба. Общее руководство трассой поручили князю Матвею Гагарину, работали нанятые голландские мастера; на петровских волго-донских проектах трудился и английский инженер Джон Перри — правда, документально его участие именно в тульском канале спорно.
Нет сомнений, что, регулярно курсируя из Москвы в Воронеж, Пётр точно бывал на Иван-озере. Более того, он лично обследовал грунты и почвы. Возможно, здесь у него и возникла идея строительства водной дороги — Ивановского канала.Андрей Наумов, кандидат исторических наук, заместитель директора музея-заповедника «Куликово поле»
Масштаб стройки поражал. Общая длина водного пути — больше 200 вёрст, из них рукотворный соединительный канал от Иван-озера до Шата — около 23 километров. По разным данным, построили от 24 до 33 каменных шлюзов. На работах было занято до 35 тысяч согнанных из окрестных деревень крестьян, а позже — и пленные шведы, захваченные в Северной войне. Первые суда прошли по системе в 1707 году.
Русский канал в тульской глуши рыли в том числе пленные шведы — пока шла Северная война. Всего через петровскую водную систему успело пройти около 300 судов, и только в половодье: летом воды не хватало.
Почему великую стройку бросили
Инженерная идея разбилась о географию. Иван-озеро физически не могло питать канал круглый год: талая вода уходила из него в первую половину лета, а в межень русло пересыхало — судоходство было возможно лишь весной, по большой воде. Мешал и почти нулевой уклон местности: вода в верховьях Дона и Шата стоит на месте. Провал стройки позже вдохновит писателя Андрея Платонова на повесть «Епифанские шлюзы».
Пущенная по каналам вода поднимается так незначительно, что в иных местах и плот не может пройти.Андрей Платонов, повесть «Епифанские шлюзы», 1926
Добил проект и поворот истории. По Прутскому миру 1711 года Россия потеряла Азов и устья Дона — южный путь разом лишился смысла, а силы и деньги Петра ушли сначала на Азовский флот, потом на Балтику и Петербург. К 1720 году работы окончательно свернули. Позже, при Александре I, в 1807–1809 годах здесь достроили ещё три шлюза и до конца 1830-х надеялись оживить путь, но идею, как говорят историки, «похоронил гудок паровоза» — пришла железная дорога.
Как утопили «старика Ивана»
У легенды оказался горький эпилог. Само Иван-озеро — небольшое карстовое озеро, из которого, как считали ещё в XVI–XVII веках, вытекали Дон и Шат, — в 1932 году перестало существовать. При строительстве Бобриковского химкомбината, вокруг которого и вырос Новомосковск, соорудили глухую железнодорожную насыпь, и озеро ушло под воды залива Шатского водохранилища. Летом 2002-го, когда водохранилище спускали для ремонта плотины, из-под воды ненадолго показалось старое село Иван-Озеро со своим кладбищем.
Получается символичная картина: «старик Иван» из предания, отец двух рек, физически утоплен индустриализацией — ради города, который затем и стал считаться «столицей истока Дона».
Дедушка Волго-Дона
Петровская мечта соединить Волгу и Дон всё-таки сбылась — но лишь через два с лишним столетия и в другом месте: в 1952 году под Волгоградом открыли Волго-Донской судоходный канал. Тульскую же попытку историки называют его прямым предком.
Ивановский канал можно смело назвать дедушкой Волго-Донского канала.Андрей Наумов, кандидат исторических наук, музей-заповедник «Куликово поле»
А сам петровский канал заново открывают археологи. С 2015 года совместная экспедиция музея-заповедника «Куликово поле» и Института истории естествознания и техники имени Вавилова РАН ищет и изучает остатки Ивановской водной системы. Учёные уже локализовали четыре шлюза начала XVIII века и проследили линию рукотворного русла рядом со старым руслом Дона; помог им в этом план Люторической волости Епифанского уезда 1768 года из архива древних актов. А известняковые блоки петровских шлюзов местные жители веками разбирали на стройматериал — часть из них, по данным исследователей, ушла даже на здание музея на Куликовом поле.
Что осталось
Сегодня от грандиозного замысла осталось немного: валун и ручеёк в детском парке, бронзовые всадники над ним, спрямлённые участки русла и следы дамб в Новомосковском и Кимовском районах — и археологические раскопы, которые год за годом возвращают этой истории детали. Озеро-отец исчезло, канал не выжил, а маленький ручей, как послушный младший сын из легенды, всё так же тихо уходит на юг — чтобы за 1870 километров стать великим Доном.
