Что произошло
4 сентября стало известно, что Григорий Лось подал заявление об отставке — то есть о добровольном прекращении статуса судьи. Звучит парадоксально: человек уже почти год как осуждён и находится за решёткой, но формально до этого шага он числился действующим судьёй, чьи полномочия были лишь приостановлены. Точку в этой истории теперь должна поставить квалификационная коллегия судей, которая рассматривает такие заявления.
Само по себе заявление об отставке в его положении — скорее юридическая формальность, чем неожиданность. Приговор давно вступил в силу, и вернуться на прежнюю должность Лось не мог бы при всём желании: суд отдельно запретил ему на три года занимать посты, связанные с властными полномочиями.
За что осудили
Дело Лося — не про одну взятку, а про целый набор эпизодов. По версии следствия, ещё в 2021 году судья через посредника пообещал представителю одной компании «нужное» решение по делу за 6,5 миллиона рублей — при этом реальной возможности повлиять на вердикт у него не было. Летом 2022 года он похожим образом попытался завладеть 1,5 миллиона рублей предпринимателя из Щёкина; передача денег на этот раз шла уже под контролем УФСБ.
Отдельным штрихом в деле прошёл почти бытовой эпизод: Лось оплатил со своей карты крупный заказ на маркетплейсе — 36 товаров почти на 146 тысяч рублей — а в примерочной подменил новые вещи на старые. За это ему вменили покушение на мошенничество. Итоговые статьи — мошенничество в составе организованной группы, посредничество во взяточничестве в особо крупном размере и покушение на мошенничество.
Какое наказание
В ноябре 2025 года суд первой инстанции назначил Лосю семь лет колонии общего режима и штраф 700 тысяч рублей. Летом 2026-го приговор устоял в апелляции, но стал жёстче: первый апелляционный суд в Москве оставил семь лет колонии и увеличил штраф до 800 тысяч рублей. Вдобавок бывшему судье на три года запретили занимать должности, связанные с функциями представителя власти и организационно-распорядительными полномочиями.
После этого приговор вступил в законную силу. Так что заявление об отставке, поданное 4 сентября, — это уже финальная бюрократическая точка в деле, которое два года держало в напряжении всё тульское юридическое сообщество.
